Впоследствии был вынесен отказ в возбуждении дела по факту оскорбления представителя власти – подозреваемый смог убедить следствие, что его реплика относилась не к следователю, а к иному лицу. То есть оскорбившаяся следователь так и не была признана потерпевшей в связи с данным "оскорблением".
Подозреваемого обвинили в совершении преступлений, предусмотренных ст. 213, 167 и 112 УК РФ и "благополучно" осудили.
Однако кассационный суд счел, что после подачи рапорта об оскорблении следователь – чтобы исключить обоснованные сомнения относительно объективности и беспристрастности при осуществлении уголовного преследования – обязана была устраниться от участия в производстве по данному уголовному делу. Потому что публичный характер исполняемых следователем обязанностей предполагает его независимость и беспристрастность, а потому несовместим с наличием у следователя личной заинтересованности в исходе дела, которая может отразиться на оценке имеющихся в деле доказательств, поставить под сомнение его беспристрастность и объективность при принятии решений по делу.
На этом основании Восьмой КСОЮ отметил состоявшийся, вступивший в законную силу, приговор, возвратил дело прокурору для устранения нарушений уголовно-процессуального закона, а подсудимого освободил из-под стражи.
Верховный Суд РФ отменил кассационное постановление и вернул дело на новое кассационное рассмотрение:
при этом согласно ч. 2 ст. 61 УПК РФ, следователь не может участвовать в производстве по уголовному делу в случаях, если имеются обстоятельства, дающие основания полагать, что он лично, прямо или косвенно, заинтересован в исходе данного уголовного дела;
между тем, суд кассационной инстанции не установил обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 61 УПК РФ, препятствующих участию данного следователя в производстве по данному уголовному делу;
нормы уголовно-процессуального закона прямо связывают наличие основания, исключающего участие следователя, с его заинтересованностью именно в данном уголовном деле (которым являлось дело по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. "а" ч. 1 ст. 213, пп. "д", "з" ч. 2 ст. 112 и ч. 2 ст. 167 УК РФ), а не в иных делах и материалах, в том числе в отношении того же обвиняемого (подозреваемого);
обстоятельством, исключающим участие упомянутого следователя в производстве по данному уголовному делу, суд кассационной инстанции счел лишь ее положение лица, претендующего на роль потерпевшего от противоправных действий обвиняемого. Однако, суд кассационной инстанции не учел того обстоятельства, что статус лица, претендующего на роль потерпевшего, и, следовательно личная заинтересованность следователя в исходе дела, может иметь место лишь по материалу проверки о неправомерных действиях подсудимого, выразившихся в нецензурной брани во время очной ставки, а также, в случае возбуждения уголовного дела по данному факту – именно по этому уголовному делу, но не по уголовному делу, которое расследовалось в отношении подсудимого по ст. 213, 167 и 112 УК РФ УК РФ, в производстве по которому в качестве следователя участвовала упомянутый следователь.